Главная Слово пастыря Святейший Патриарх Алексий: «Пришло время собирать камни»
Получать свеЖие статьи:

Душеполезное слово

О ЧТЕНИИ

Беседа и общество ближних очень действует на человека. Беседа и знакомство с ученым сообщает много сведений, с поэтом - много возвышенных мыслей и чувствований, с путешественником - много познаний о странах, о нравах и обычаях народных. Очевидно: беседа и знакомство со святыми сообщают святость...

Подробнее ...

Хронология

< Мая 2010 >
П В С Ч П С В
          1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 29 30
31            
Пользователи : 7104
Статьи : 5313
Просмотры материалов : 6427374

Яндекс цитирования

Святейший Патриарх Алексий: «Пришло время собирать камни»

В преддверии торжественного подписания Акта о каноническом общении и восстановления единства в Поместной Русской Православной Церкви Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II в интервью информационному телеканалу «Вести» прокомментировал значение предстоящего события.

На праздник Вознесения Господня 17 мая готовится долгожданное подписание Акта о каноническом общении с Зарубежной Церковью. Разрешите заранее вас поздравить с этим долгожданным событием. И сначала мы хотели бы попросить вас рассказать, в чем были причины трагического разделения нашей Церкви, произошедшего в XX веке?

На праздник Вознесения Господня 17 мая готовится долгожданное подписание Акта о каноническом общении с Зарубежной Церковью. Разрешите заранее вас поздравить с этим долгожданным событием. И сначала мы хотели бы попросить вас рассказать, в чем были причины трагического разделения нашей Церкви, произошедшего в XX веке?

- В первую очередь, я думаю, что те трагические события, которые произошли в нашей стране в результате революции и Гражданской войны, вынудили и архипастырей, и миллионы эмигрантов выехать за рубеж. И те, кто выехал за рубеж - и архипастыри, и священнослужители - не принимали Советской власти и не были готовы ни к каким контактам с Советской властью.

Ну а то, что пришлось пережить Церкви в России, я думаю, на Западе очень даже трудно представить. Те гонения, те репрессии, расстрелы, которые происходили только за веру в Бога, - они, я думаю, сравнимы только с гонениями на христиан первых веков христианства. На Бутовском полигоне, на этой общей могиле, где десятки тысяч расстреляны и множество из них причислены уже к лику святых за их подвиг, чувствуешь то страшное время 20-х, 30-х годов, которое пришлось пережить.

В 1921 году резолюции, которые были приняты в Сремских Карловцах иерархами Русской и Зарубежной Церкви, не были одобрены Святейшим Патриархом Тихоном, потому что он считал, что Церковь должна быть вне политики. Можно по-разному оценивать роль митрополита Сергия, впоследствии Святейшего Патриарха Сергия. Но я убежден, что он делал попытку спасти Церковь и показать безбожной власти, что Церковь - не контрреволюционная организация, что Церковь всегда в своей истории была со своим народом и со своей родиной. Но позиция митрополита Сергия не была принята за рубежом, и все это создало предпосылки к тому разделению, которое царило и продолжалось 80 лет.

- Ваше Святейшество, а что же мешало диалогу двух частей Русской Церкви на протяжении этих 80 лет жизни в разделении?

- Ну, во-первых, не было правдивой информации о жизни Церкви за рубежом. Были резкие высказывания и с одной, и с другой стороны. Многие не верили в ту информацию, которая поступала о жизни Церкви, а официальных контактов не было. Отдельные личные контакты были. Когда наши священнослужители приезжали в Западную Европу, то архиепископ Женевский Антоний Борташевич с любовью принимал их. Многие священнослужители приезжали в нашу страну, и мы с любовью встречали их, знакомили с нашими святынями, рассказывали о жизни Русской Православной Церкви. Но должно было пройти время, чтобы настало время собирать камни и преодолевать разделение.

- То есть какие-то отношения все-таки удавалось поддерживать на протяжении XX века между Церковью отечественной и за границей?

- Вот в 1990 году, уже после падения безбожного режима, было обращение Московского Патриархата к Русской Зарубежной Церкви и ко всем, кто живет вне пределов отечества, но оно тогда не было принято. Не было принято и в 1993 году, когда мы стояли на грани гражданской войны, а в Москве проходил Съезд соотечественников за рубежом. Но - постепенно, по милости Божией...

Я думаю, главное, что послужило толчком, - это Архиерейский собор, юбилейный Архиерейский собор 2000 года, который прославил лику святых царственных мучеников, целый сонм новомучеников и исповедников. Это и архипастыри, и пастыри, и монашествующие, и миряне, которые пострадали в тяжелые годы гонений за веру Христову. На этом Соборе была принята концепция, социальная концепция Русской Православной Церкви, которая говорила об отношениях между Церковью и государством. Я рад, что Русская Православная Церковь за рубежом в этих решениях юбилейного Архиерейского собора увидела и услышала голос подлинно Русской Православной Церкви.

- То есть практически все препятствия, которые мешали сближению, за эти годы удалось преодолеть?

- Ну, не все. Нужно было еще, я думаю, избрание нового предстоятеля, первоиерарха Русской Зарубежной Церкви Митрополита Лавра, нужна была встреча президента Владимира Владимировича Путина с Митрополитом Лавром и с Синодом Русской Зарубежной Церкви, когда иерархи увидели в лице президента человека, который уже не борется с Церковью, не гонит Церковь.

- Ваше Святейшество, а когда лично вам впервые подумалось, что это долгожданное объединение возможно и станет реальностью?

- Я никогда не думал, что это невозможно. В детские годы я прислуживал в храме, в котором служил протопресвитер Александр Киселев, тогда еще молодой священник. Мой покойный родитель был диаконом у него в этом приходе. И вот я встречался с представителями Русской Зарубежной Церкви в свои детские годы, и я помню, что все они жили любовью к России, жили и не мыслили себя вне Русской Православной Церкви. И во всех официальных высказываниях Русская Зарубежная Церковь всегда считала себя частью единой Русской Православной Церкви.

- А вот общее сопротивление, которое, может быть, было с обеих сторон, трудно было преодолеть на этом пути к сближению?

- Я думаю, что самой большой ошибкой на этом пути было решение Синода Русской Зарубежной Церкви о создании параллельных приходов на нашей канонической территории. Против этого выступал целый ряд иерархов Русской Зарубежной Церкви. Но, тем не менее, это решение было принято, и оно породило разделение у нас внутри.

Не было идейных священников, которые перешли в приходы Русской Зарубежной Церкви на нашей канонической территории. Чаще всего это были священнослужители, которые по каноническим причинам подвергались каноническим преследованиям со стороны своих законных иерархов. И конечно они высказывались против объединения, потому что большинство из них имели канонические нарушения, за которые надо отвечать. Я думаю, что и за рубежом не все воспринимают объединение, которое происходит, с пониманием и с радостью. Потому что усиливается свидетельство о единстве Православной Церкви. Происходит собирание русского народа. А это не у всех вызывает радость, у некоторых - беспокойство.

- Ваше Святейшество, а вот уже в последние годы какие события вы могли бы назвать ключевыми на пути к объединению? Вы уже упомянули совместную молитву в 2004 году на Бутовском полигоне, или вот в 2006 году торжественно перезахоронили прах императрицы Марии Федоровны.

- Я сказал уже, что это Архиерейский юбилейный собор 2000 года, встреча Владимира Владимировича Путина с Митрополитом Лавром и Архиерейским Синодом в Нью-Йорке и приезд делегации Русской Зарубежной Церкви в Россию в 2004 году, когда Митрополита Лавра сопровождало 2 иерарха, 18 священнослужителей. Они посетили множество монастырей, множество храмов, их всюду принимали, как братьев в вере, которые долго не были в России.

И мы много говорили о том, что нужно восстанавливать молитвенное и евхаристическое общение между двумя частями - Московским патриархатом и Русской Зарубежной Церковью. Но молитвенное общение было восстановлено приездом представительной делегации во главе с Митрополитом Лавром. Молитва на Бутовском полигоне, на этом и святом, и трагическом месте, когда мы вместе молились. У нас общее понимание и общее отношение к тем подвижникам веры и благочестия, которые отдали свои жизни, и общее отношение к тем, кто пострадал в годы лихолетий в России.

Кроме того, с Митрополитом Лавром мы молились и во время освящения храма на Борисовских прудах, посвященного 1000-летию крещения Руси, и на празднике Вознесения Господня в храме Большого Вознесения. Знаменательно, что именно в праздник Вознесения Господня через три года после этого исторического визита состоится подписание Акта о каноническом воссоединении.

Что касается перезахоронения останков императрицы Марии Федоровны, то здесь принимали участие представители и Московского Патриархата, и Русской Зарубежной Церкви. У нас общее отношение к своей истории, к своим традициям, к своим благочестивым правителям. И я думаю, что это лишний раз доказывает то, что те разделения, которые были, не имеют глубинного основания, они разрешимы доброй волей и христианской любовью.

- Ваше Святейшество, начиная с 17 мая, с праздника Вознесения Господня, любой прихожанин Русской Церкви в Отечестве может посещать храмы Зарубежной Церкви и наоборот. Придется как-то согласовывать традиции обихода, которые, возможно, различаются.

- Я думаю, что здесь не будет никаких осложнений, потому что традиции надо бережно сохранять. Если в зарубежных приходах или в зарубежных епархиях за эти годы возникли какие-то свои традиции, к которым привыкла русская эмиграция, мы будем их бережно сохранять. Что касается Причащения Святых Христовых Тайн, то здесь все должно проистекать из готовности человека приступать к чаше Христовой и благословения духовника. Я думаю, что здесь у нас нет противоречий между позицией Московского Патриархата и Русской Зарубежной Церковью.

- А кроме церковно-канонических, какие еще вам видятся исторические, социальные и культурные последствия готовящегося объединения?

- Я думаю, что это объединение является одним из значительных факторов прекращения Гражданской войны и ее последствий. Потому что именно Гражданская война вынудила миллионы людей покинуть свою родину и жить в изгнании. Мне приходилось встречаться в начале 60-х годов с первой волной русской эмиграции в Париже, я могу свидетельствовать, что все они жили любовью к родине, к России.

Все они надеялись вернуться. Но не судил им Бог. Но для второго, третьего поколения русской эмиграции, которая сегодня объединяется и будет иметь возможность посещать наши храмы в Отечестве, принимать Святые Тайны и жить полнокровной жизнью, - я думаю, для них это событие огромного значения. А для истории и Церкви, и государства это событие значительное, за которое нужно благодарить Бога, что Господь помогает нам в это время, время духовного возрождения, собирать камни, которые были бездумно разбросаны в прошлом.

- Многие в светском обществе обеспокоены таким вопросом: как будет осуществляться управление имуществом Русской Церкви, которая находится за границей.

- В Акте четко сказано, что Русская Православная Церковь за рубежом независима и самостоятельна в решении финансовых и имущественных вопросов. И то, что осталось и сохранено Русской Православной Церковью за рубежом за эти десятилетия, и то, что построено ею, останется принадлежать ей, и мы не будем претендовать на это.

- Эта схема вхождения на условиях полной автономии представляется вам долгосрочной или в ней возможны какие-то изменения в будущем?

- Я не думаю, что в обозримом будущем она претерпит изменения. Потому что многие живущие на Западе связывают свою жизнь с Русской Зарубежной Церковью. Может быть, через десятилетия это изменится, будут какие-то новые пожелания. Но достаточно сегодня тех забот, которые мы имеем, и не будем загадывать на будущее. Господь управит Церковь Свою, и то духовное возрождение, которое происходит в России - это чудо, на которое, может быть, мы надеялись всегда, но не могли предположить, что будем свидетелями этого чуда и участниками его.

- Спасибо вам большое, Ваше Святейшество, за ваши ответы.

- Я думаю, единственное, что можно с полным основанием сказать, это то, что то единство, которое сегодня достигается, и то единство, которое будет подписано 17 мая сего года в храме Христа Спасителя, сохранится, потому что единство от Бога.

 

Пресс - служба Московской Патриархии
газета «Жизнь православная» 2007 #4 (64)